Культурное наследие Сибири Электронное
научное
издание
Карта сайта
Поиск по сайту

Рейтинг@Mail.ru

О журнале | Номера журнала | Правила оформления статей




В.Б. Богомолов

НАРОДНЫЕ ЗНАНИЯ О ЦВЕТОВОЙ ГАММЕ У ТАРСКИХ ТАТАР*


Проблема цвета относится к наиболее сложным и требует многоуровнего решения. В связи с тем, что феномен цвета объединяет объективное и субъективное начала, современное цветоведение опирается на данные целого ряда наук: оптики, математики, физиологии, психологии и др. Кроме того, цвет рассматривается как явление культуры, и его изучение, соответственно, входит в предметную область философии, эстетики, искусствоведения, археологии и этнографии1.

При исследовании реакции человека на свет обычно принято выделять физиологический, психологический и эстетический аспекты2. Естественные науки, изучая влияние света на человеческий организм, накопили большой экспериментальный и теоретический материал, объясняющий многие закономерности цветового восприятия3. Работы данного направления служат общей основой для этнографического анализа проблемы цвета. Во многом пригодны и хорошо отработанные методы опроса, использование тестовых таблиц, которые здесь применялись, начиная с конца XIX в.

Психологи концентрируют своё внимание на важном факторе восприятия – цветовом предпочтении. Они считают, что оно формируется на основе ассоциаций и зависит от психологического склада человека, его пола, темперамента, социальных установок и национальных традиций. Личность формируется и развивается в сложном взаимодействии с окружающей средой. При адаптации к ней цветовое своеобразие мира определило отношение человека к цвету. Психологический аспект восприятия человеком цвета прочно связан с мировоззренческими, эстетическими традициями среды, памятью, ассоциативным характером мышления4. В частности, природные ассоциации легли в основу деления спектра цветов на тёплые и холодные, глубокие и поверхностные, тяжёлые и лёгкие и т.д.5 Первобытные люди отождествляли цвета с наиболее ценными для них предметами и стихиями6.

На стыке с психологическим воздействием цвета лежат социальные явления. Например, отмечена биологическая врождённость предпочтений цветов. Она различна у мужчин и женщин. Кроме того, она заметно зависит от возраста, где выражены колебания от ярких к умеренным цветам. Подмечено, что на этапе восходящего развития народа или класса предпочтительны чистые, яркие цвета, последний период в гамме преобладают умеренные цвета. В частности, В. Тернер проследил глубинную связь зрительного восприятия цветов с групповыми отношениями7. Социальная функция цвета выражена через знаковую и коммуникативную сферы. В своей практической деятельности человек воспринимал каждое цветовое пятно как знак, закреплял за каждым цветом только ему присущее значение, всё важное в мире отмечалось каким-либо цветом, и данные цвета становились основными в определённой группе людей. Чётко выделяется способность цвета выполнять определённые семантические функции.

Этническая функция цвета реализуется через знаковые системы и пронизывает физиологическую, психологическую, эстетическую и социальную сферы. Механизм её реализации, характер проявлений ещё недостаточно ясны. На данном этапе исследования можно лишь говорить об устойчивом комплексе цветовых предпочтений для определённых этносов и составляющих их групп.

На территории Западной Сибири наиболее полно проблема цвета рассмотрена у хантов8. Небольшая по объёму работа В.М. Кулемзина очень рельефно показала черты своеобразия цветовых обозначений у конкретного народа, выявила их символику. Но эта информация до сих пор остаётся изолированной. Для того, чтобы цвет стал историко-этнографическим источником, необходимо столь же глубоко исследовать и культуру других народов. Прежде всего необходимо привлечь материалы по декоративно-прикладному искусству сибирских татар, которые являются ближайшими южными соседями хантов.

Как бы полно ни собирался полевой материал, со временем выясняется, что многие стороны явлений зафиксированы недостаточно полно. В 1974–1995 гг. автором данной работы было проведено сплошное обследование тоболо-иртышских татар с целью изучения их костюма и декоративно-прикладного искусства. При этом проблема цвета особо не ставилась, информация оказалась распыленной по разнообразным разделам. Кроме того, она носила объективный характер. Субъективное отношение информаторов к цветам почти не затрагивалось.

В 1996 г. были разработаны специальная программа и вопросник «Распознавание цветов у народов Западной Сибири». В них были обобщены результаты естественнонаучных и гуманитарных исследований, экспериментальный опыт ряда направлений. По этой программе в трёх населённых пунктах тарских татар (д. Себиляково, Сеитово, Ишеевские юрты) было проведено комплексное обследование, которое дало совершенно неожиданные результаты, заставляющие по-новому взглянуть на многие стороны культуры тоболо-иртышских татар в целом. Вследствие того, что выборка недостаточна, полученные выводы следует рассматривать как предварительные.

Опрос проводился главным образом среди женщин, т.к. именно они формируют предметную среду и цветовое окружение. Было выделено 2 возрастных группы. Первая – от 25 до 40 лет, и вторая – от 40 до 70 лет. Это деление весьма условно и не отражает в полной мере уровень распознавания цветов.

Первый раздел программы посвящен выявлению знаний о названиях цветов на татарском языке. Информатор должен был назвать все известные ему цвета по памяти без наглядных таблиц и подсказки и, желательно, в нейтральной цветовой среде. Кроме того, он должен был дать точный перевод термина на русский язык. Запись велась в том порядке, в котором назывались цвета.

Все информаторы назвали зеленый цвет – ЯЩЕЛЬ. Причем третья часть из них назвала его первым, вторая треть в середине, а третья в конце списка. Заметно, что в трактовке этого термина не наблюдается иного произношения или значения. Лишь в одном случае выявлен производный термин. Зеленоватый цвет обозначен как ЯЩЕЛЬ-РАК.

За редким исключением почти все информаторы назвали цвета: КУК – синий, «КОРА – чёрный, АК (ОК) – белый, КЫЗЫЛ – красный, САРЫ (САРЭ) – жёлтый. Таким образом, у тарских татар общераспространённый комплекс состоял из 6 цветов.

Синий цвет (КУК) почти также часто стоит во главе списка, как и зелёный. Меньше его в центральной части и больше в заключении. В ряде случаев КУК назван голубым цветом, так же как и голубой цвет неоднократно назывался синим. Синий цвет практически единственный, который подразделяется на тона – светло-синий (АЧИК КУЮ) и тёмно-синий (КУМ КУК). Правда, такое разграничение проводят лишь отдельные люди пожилого возраста. В некоторых случаях для синего цвета употребляются термины ШАГЭ или ШАНЬАР. Возможно, здесь имеется в виду производное слово от голубого цвета.

Чёрный и белый цвета лишь в половине случаев стоят в списке рядом. Создаётся впечатление, что они не осмысливаются как противопоставление. Иногда, называя чёрный цвет, забывают о белом. Причём чаще сначала называют чёрный цвет, а затем белый. В целом, чёрный цвет находится в центре списка перечисления, а белый или около начала, или в конце. Данные цвета весьма устойчивы в терминологии и не имеют производных. Примечательно, что иногда белый цвет (АК) переводят на русский язык как красный.

Красный цвет (КЫЗЫЛ), как правило, находится или около начала, или в центре списка. Перевод термина довольно стабильный, хотя в одном случае его обозначили как розовый. Только отдельные информаторы выделяют тона красного цвета или близкие к нему. КЫЗЫЛ РАК назван красноватым, КЫЦКЫЗЫЛ – слишком красным, ОЦЕК КЫЗЫЛсветло-красным, а КАЛЬБЕРЕН, ОН – розовым. Дополнительно к этому также довольно редко упоминают цвет АЛ – красно-оранжевый или оранжевый.

Желтый цвет (САРЫ или реже САРЭ) называли чаще около начала и реже в конце списка. Каких-либо производных слов или близких сочетаний желтому не зафиксировано.

Коричневый цвет имеет для обозначения 2 термина, которые распространены в одинаковой степени: КУНЫР или КУНЭР, а также КУМР. Их назвали лишь половина информаторов в самом конце списка. В ряде случаев для данного термина не могли дать русского перевода. Лишь в конце опроса на цветовом круге некоторые из них показали их в секторах пурпурного и коричневого цветов.

Для определения голубого цвета также имеется два термина. Это – ЗАНГЭР или ЗАНКАР и ШАГЫР или ШАХЫР. В целом, данные слова упоминают редко – ЗАНГЭР в середине списка, а ШАГЫР в конце. Встречаются варианты, где ЗАНГЭР обозначается как синий цвет или напротив отмечается, что КУК – это местный термин для голубого цвета, а ЗАНГЭР является литературным словом.

Следует особо подчеркнуть, что большинство информаторов назвали только основные цвета, градации цветов на оттенки им не были известны.

Второй раздел программы выявляет знания тарских татар о названиях цветов на русском языке. Опрос проводился, как и в первом разделе, без цветовых таблиц. При анализе материалов выполнялись сопоставления порядка перечисления цветов и совпадения по каждому отдельному информатору. Первая условно выделенная группа женщин в возрасте 25–40 лет показала практически полное знание русской цветовой терминологии. При этом они обычно указывали на влияние уровня образования, которое многие из них получили на русском языке.

Совсем иная картина выявляется из ответов на этот вопрос людей старшего поколения. Все его представители назвали зелёный, чёрный и белый цвета. Зелёный цвет распределялся по списку как и в татарском варианте. Чёрный и белый цвета заметно чаще называли рядом, они сместились ближе к началу списка. Красный расположился в первой трети перечня цветов. Половина информаторов назвала розовый цвет в конце списка. Оранжевый цвет встречается в ответах очень редко. Жёлтый в русском варианте отступает на задний план. Его назвали не все, кто выделил его в татарском языке. Синий цвет также упоминается реже, но зато чётко, кроме основного тона, выделяется светло-синий и тёмно-синий. Коричневый цвет в русском перечне встречается столь же нечасто, как и в татарском, и он также находится в конце списка. В то же время заметно, что голубой цвет хотя и не является основным, но упоминается гораздо больше. Отмечено использование обозначения светло-голубой.

Русский вариант списка цветов включает 4 новых тона, для которых в татарском языке не были подобраны термины. Половина информаторов назвала в середине списка фиолетовый и бордовый цвета. В очень редких случаях встречается упоминание о сером и сиреневом оттенках.

Третий раздел программы заключается в работе информатора с цветовыми таблицами. В тестовом материале главное место занимает цветовой круг, состоящий из 4 тонов. Кроме основных цветов красного, оранжевого, жёлтого, зеленого, голубого, синего и фиолетового, в него входили и все основные переходные цвета различной светлоты и насыщенности. На отдельную таблицу были вынесены: жёлтая охра, умбра, красная охра, краплак красный и зелёный, кобальт синий и фиолетовый, изумрудно-зелёный, чёрный, жёлтый лимонный цвета.

Как известно, глаз среднего наблюдателя способен различить в спектре белого цвета около 120 цветов9. Информатору предлагалось рассмотреть выкраски в 34 цвета и назвать цвета в любом порядке на татарском или русском языках. Данное задание оказалось для информаторов наиболее трудным. Они все не смогли дать определение цветов на татарском языке и использовали только русские термины, главным образом абстрактные. Многие цвета вызывали заметные трудности в обозначении. Сказывалось влияние цветовой индукции и индивидуальных особенностей восприятия. В характеристике цветов наблюдается очень большой разброс и тем не менее общие тенденции хоть и аморфно но прослеживаются. Цвета определены по цветовому кругу в следующем порядке.

1. Алый цвет чаще всего обозначен красным, реже тёмно-красным или розовым тонами.

2, 3. Оттенки красно-оранжевого цвета названы похожими на дерево, светло-розовым, жёлтым ярким, красно-жёлтым, красноватым, реже оранжевым цветами. Часть людей не смогла определить цвет.

4, 5. Оранжевый и жёлто-оранжевый цвета определены как желтые, тёмно-жёлтые, иногда оранжевые или красно-оранжевые. Половина информаторов не могла обозначать цвет.

6. Желтый тон чётко определён как жёлтый, иногда зеленоватый .

7. Желтый (кадмий) цвет выделен как жёлтый, жёлтый яркий,
жёлтый светлый.

8, 9. Желто-зеленый и зелёный травяной тона обозначены как светло-зелёный, зелёный, жёлто-зелёный, зелёная трава, как трава зелёный и в одном случае как голубой цвет.

10, 11. Изумрудный зеленый и изумрудный (голубой, зелёный) читаются как зелёный, тёмно-зелёный, зеленоватый.

12, 13. Сине-зелёный и голубой цвета обозначены как голубой, синий, тёмно-синий, светло-голубой.

1417. Голубой (светлый) и ультрамарин выделены как синий, тёмно-синий, светло-синий, тёмное небо. Причём к голубому чаще применим голубой, светло-синий, хотя используются и другие обозначения. Приглушённые тона ультрамарина ассоциируются с грязью, серо-коричневым, чёрно-синим. Многие информаторы затруднились определить эти цвета.

18. Сиреневый цвет не смогли определить. Его называли фиолетовым, синим, коричневым, смесью голубого, оранжевого и коричневого цветов.

19. Фиолетовый тон определён правильно в единичных случаях. Как правило, его отмечали как коричневый, иногда как почти бордовый.

20. Бурый фиолетовый также обозначен неправильно, как похожий на бордовый, темно или светло-коричневый, коричнево-красный, синеватый. Многие затруднились определить цвет.

21, 24. Пурпурный и пурпурно-красный цвета определены как красный, розовый, тёмно-красный, бордовый. Половина информаторов не смогла назвать цвета.

Десять цветов вне круга были обозначены следующим образом.

25. Желтая охра ассоциируется с жёлтым, коричневым, светло-коричневым, тёмно-коричневым, тёмно-жёлтым цветами, с краской на полу. Отмечается, что на дерево не похожа.

26. Умбра связывается с красным, коричневым, жёлто-чёрным, серовато-грязными цветами. Половина людей не смогла определить цвет.

27. Коричневый тон. Интересно, что, если многие цвета неверно отмечены как коричневые, сам коричневый цвет чаще всего также определён неверно как кирпичный, тёмно-красный, бордовый, красный. Точных ответов немного.

28. Краплак красный определён как розовый, тёмно-красный и, главным образом, как бордовый.

29. Зелёный тон насыщенного цвета трактуется как зелёный, сильно светло-зелёный, трава зелёная, светло-зелёный.

30. Изумрудно-зелёный цвет читается как зелёный, тёмно-зелёный, чёрный, как тёмно-зелёные камыши.

31. Кобальт синий определяется как синий, тёмно-синий, иногда как фиолетовый или голубой.

32. Фиолетовый цвет тёмного оттенка выделяется как фиолетовый, тёмно-фиолетовый, похожий на синий, тёмно-коричневый, черноватый. Многие не смогли определить цвет.

33. Чёрный цвет обозначен без ошибок.

34. Жёлтый лимонный тон читается как жёлтый, иногда как
светлый жёлтый.

В восприятии цветов у тарских татар слабо выражены ахроматические цвета, к которым относятся белый, чёрный и все серые.

Обозначение серых тонов встречается исключительно редко и используется только тогда, когда нет иного способа определения. Серый цвет передаётся, как чёрно-белый. Например, на вопрос, какого цвета бывают гуси, отвечают, что они бывают только белые и чёрно-белые, а серых гусей не бывает. Цвет куриц, баранов определяется также как чёрно-белый. Из многочисленных опросов видно, что большинство опрошенных серого цвета вообще не различают и твёрдо уверены, что его нет вокруг. Так, многие считают, что вода, туман, дождь, стекло, оцинкованные предметы не имеют никакого цвета. Нередко говорят, что и солнце цвета не имеет, т.к. оно не жёлтое и не белое. Серый цвет иногда упоминается для определения вида воды. Колодезная вода цвета не имеет, а в р. Иртыш она серая.

Образное осмысление цвета в какой-то мере раскрывает загадку коричневого тона. Похоже, что тарские татары его также не «видят», Так, цвет коров и телят определяется как красный. Голубой цвет ассоциируется с автомобилем, мотоциклом, а не с явлениями природы (редко с небом).

О салатном, лиловом, малиновом тонах тарские татары слышали, но не знают, какие цвета они обозначают.

Четвёртый раздел программы посвящен выявлению качественных характеристик цветов. Информатору предлагалось определить, какие цвета ему нравятся, а какие нет. Кроме того, он должен был выделить хорошие и плохие цвета. Многие в качестве цветов, которые им нравятся, назвали красный, розовый, зелёный как трава, яркий жёлтый, бордовый, синий, изумрудный. С другой стороны, не нравятся следующие цвета: жёлтый, чёрный, белый, тёмные цвета, серый, фиолетовый, красно-оранжевый, оранжевый, жёлтый кадмий, тёмно-синий, коричневый. Первые 2 цвета названы очень уверенно всеми информаторами. Остальные цвета были не названы, а показаны по таблицам. Самым плохим цветом считается жёлтый. Он даже хуже чёрного цвета. Люди, которые любят жёлтую одежду, порицаются. Так, старая женщина говорила сыну: «Сними жёлтую рубаху. Желтый и красный в одежде к болезни. Не носи...». В частности, из этой фразы видно, что и «хороший» цвет может поменять своё значение на противоположный. Очень плохим признаком считается использование чёрного цвета в одежде. Во всех проявлениях этот цвет несёт негативную оценку.

Шкала цветовых предпочтений у тарских татар очень устойчива. Она несёт на себе отчётливый отпечаток древнетюркских традиций, а также норм ислама, которые далеко не всегда совпадают друг с другом.

Для ислама характерно сочетание поэтичности, узорчатости, яркости с геометризмом и глубокой упорядоченностью. Здесь сложилось чёткое учение о цвете, его символике и ассоциативных знаках10. То, что тарские татары не противопоставляют белый и чёрный цвета, соответствует исламской традиции. Вместе с тем заметны и коренные отличия. Белый цвет из разряда лучшего переместился в нелюбимый.

Чёрный тон, темнота, тень в Коране не обладают негативной оценкой, а в представлении тарских татар они имеют чёткое отрицательное значение. Столь же не совпадает отношение и я желтому цвету. В исламе цвет золота и жёлтый тон воспринимаются как наиболее благоприятный цвет. Совершенно иную картину мы видим у данной группы сибирских татар. Неодинаково и отношение к фиолетовому цвету. Отношение к зелёному, красному и синему цветам в обеих традициях очень близко друг к другу. Зелёный цвет, расположенный в середине спектра, не имеет негативных значений. Очень популярный и распространённый на Востоке, он столь же характерен и для тарских татар. Красный тон, стоящий во главе списка, по итогам опроса и сопряжённый с понятиями красоты, света, господствует и в культуре ислама. В исламском мировоззрении есть только два цвета, которые осмысливаются полностью негативно - серый и коричневый. В структуре восприятия тарских татар к ним также заметно отрицательное отношение. Не случайно эти цвета, по материалам опроса, характеризуются как плохие сразу за очень плохими – чёрным и жёлтым.

Многие аспекты изучения распознавания цветов у тарских татар проясняются при соотнесении терминов с исследованиями лингвистов. Наибольшее значение в этом плане имеет «Словарь диалектов сибирских татар», подготовленный Д. Г. Тумашевой, который позволяет прежде всего выяснить степень распространения слов среди различных групп, а также выявить близость к литературному языку казанских татар11. Общераспространёнными среди сибирских татар, а также совпадающими с литературно-татарскими являются слова АК (белый), КЫЗЫЛ (красный). Очень близки по бытованию и написанию КОРА (чёрный) – КАРА и ЯЩЕЛЬ (зелёный) – ЯЩЕЛ.

Обращает на себя внимание, что КЫЗЫЛ, КАРА, ЯЩЕЛЬ и в меньшей степени АК образуют очень значительное количество сложных слов, фразеологических единиц и устойчивых сочетаний. Это подтверждает итоги анкетирования и соответствует тому месту, которое занимают данные цвета в народных знаниях тарских татар. Во многих сложных словах и сочетаниях заложено субъективное отношение к цвету. Так, с чёрным сопряжены слова – человек дурного характера, чужой человек, несчастье и т.д. Зелёный цвет входит в слова и сочетания, означающие молодость, юный, растущий, зеленеть и др.

Красный цвет воспринимается также позитивным. Белый тон сопряжён с понятиями – правда, истина. Кроме того, эти цветовые обозначения входят в множество слов как описательные (белок глаза, белый гриб, красноватое родимое пятно, прелесть, простой народ, брюнет, неспелый и т.д.).

Из указанных цветов красный имел больше всего семантических эквивалентов. Слово АЛ (красно-оранжевый) в тарском говоре у Д. Г. Тумашевой имеет значение – сила, мощь. Но в то же время встречается термин АЛА – пёстрый, пегий, полосатый с большими пятнами, широко распространённый у сибирских татар. Тобольские татары в своём диалекте использовали слово АЛАРТУ – делать красным. Термин КАЛБЕРЕН – розовый, зафиксированный нами, соответствует слову КОЛ' БОРАН, характерному только для тарского говора в том же значении. Другое слово, также означающее розовый цвет, ОН, видимо, близко понятию в барабинском диалекте ОННУ (имеющий цвет, хороший, подходящий). Для термина АК – белый в тобольском говоре имеется прилагательное АКСЫМАЛ – беловатый, которое у тарских татар не встречается.

Слово КУК – синий, часто употребляемое тарскими татарами, зафиксировано Д. Г. Тумашевой в тобольском говоре и в словосочетаниях тарского, тюменского и тевризского говоров. Примечательно, что здесь данное значение используется не только для синего, но и для голубого цветов, в частности, входит в слова голубика, небо и др.

Редко употребимое слово в тарском говоре ЗАНГЭР соответствует литературно-татарскому ЗНЭР, которое также означает голубой цвет. Второе обозначение голубого цвета ШАГЫР встречается у Д.Г. Тумашевой в словосочетании ШАЫР КУК – светло-голубой как распространённое в тарском говоре.

Столь же нелюбимый, сколь и распространённый в тарском говоре жёлтый цвет (САРЫ) встречается только в тобольском, а в словосочетаниях в томском говорах. Отрицательное значение в словосочетаниях не выражено. Коричневый цвет (КУНЫР), который редко используется тарскими татарами, отмечен Д.Г. Тумашевой только в локальном варианте. Здесь же встречается близкий термин КУН, ЫРАЙУ (темнеть – о поспевающих ягодах). У барабинских татар для обозначения коричневого цвета использовалось слово КОРЭН, аналогичное литературно-татарскому. Из близких терминов к КУНЫР в тарском говоре прослежено слово КУГЕЛТЕРМЭ-КУНЫРМА – синевато-коричневый.

Следует отметить, что для неопределённых, смешанных цветов сибирские татары часто использовали слово – пёстрый (АЛА, ЧАГЫР, АЛАДЗАК, и др.), которое в какой-то мере компенсировало нехватку обозначений. Кроме того, употребляли целый ряд терминов узкого назначения: ИИРВН – рыжий, КУРЕН – бурый, ПОС – серый.

Одежда, имеющая цвет, выцветший на солнце или потёртой от долгой носки ткани, назывался ПЫШАИ. Особые обозначения были для масти лошадей: ЦЫБАР – крапчатая, ГЮРТУ – бурая и др. Обращает на себя внимание, что в сибирско-татарском языке немало слов означает понятие «красивый». В частности используется термин К0ЙЕС, имеющий красивую расцветку. Заметно, что цветовые обозначения, в основном, соответствуют нормам тоболо-иртышского диалекта и слабо связаны с барабинским и томским.

Наложение итоговой информации по всем четырём разделам программы друг на друга, несомненно, показывает определённое единство и взаимодополняемость. Выявленные закономерности обрисовывают контуры весьма устойчивой системы элементов, обладающих сложной конструкцией и многообразными жёсткими и аморфными связями. Данная система своими корнями уходит в глубокую древность12. Являясь производной от адаптации человека к окружающей среде, от направленности хозяйственно-культурной деятельности, от особенностей этнокультурных и других процессов, эта целостность признаков восприятия цвета в полной мере отражает своеобразие физиологического, психологического, эстетического и этнического склада тарских татар.


Примечания

1 Миронова Л.Н. Цветоведение. – Минск, 1984. – С. 7.

2 Пономарёва Е.С. Цвет в интерьере. – Минск, 1984. – С. 6–11.

3 Восприятие. Механизмы и модели (Под редакцией Алексеенко Н. Ю.). – М., 1974. – 367 с.; Канаев И.И. Очерки истории проблемы физиологии цветового зрения от античности до XX в. – Л., 1971. – 159 с.; Джадд Д., Вышецки Г. Цвет в науке и технике. – М., 1978. – 578 с.; Стоун Т.Л., Адамс С., Мориока Н. Дизайн цвета практикум. – М., 2006. – 240 с.

4 Пономарёва Е.С. Цвет в интерьере. – С. 9.

5 Там же. – С. 8.

6 Миронова Л.Н. Цветоведение. – С. 9.

7 Тернер В. Проблема цветовой классификации в примитивных культурах // Семиотика и искусствометрия. – М., 1972. – С. 78–80.

8 Кулемзин В.М. Некоторые способы цветообразования у хантов // Этнокультурные процессы в Западной Сибири. – Томск, 1983. – С. 124–128.

9 Кириллов Е.А. Цветоведение. – М., 1987. – С. 63–65.

10 Миронова Л.Н. Цветоведение. – С. 66–78; Сурина М.О. Цвет и символ в искусстве, дизайне и архитектуре. – М.; Ростов-на-Дону, 2003. – С. 26–35.

11 Тумашева Д.Г. Словарь диалектов сибирских татар. – Казань, 1992. – 255 с.

12 Богомолов В.Б. Распознавание цветов у тоболо-иртышских татар (к проблеме реконструкции цветовой гаммы предметной среды эпохи средневековья // Интеграция археологических и этнографических исследований. Материалы IV Международного семинара. – Омск. – СПб, 1998. – С. 15–19.



* © Культурологические исследования в Сибири. – 2009. – №3(29). – С. 58–64.

Вернуться к содержанию >>>

 


© Сибирский филиал Института наследия. Омск, 2014–2016
Создание и сопровождение: Центр Интернет ИМИТ ОмГУ