Культурное наследие Сибири Электронное
научное
издание
Карта сайта
Поиск по сайту

Рейтинг@Mail.ru

О журнале | Номера журнала | Правила оформления статей




Ю.Р. Горелова

КУЛЬТУРНОЕ ПРОСТРАНСТВО ГОРОДА: СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ, ЛАНДШАФТНЫЙ И АНТРОПОЛОГИЧЕСКИЙ ПОДХОДЫ К ИССЛЕДОВАНИЮ*


Современная гуманитарная наука переживает всплеск исследовательского интереса к городу как феномену истории и культуры, о чем свидетельствует проведение многочисленных конференций, выход научных сборников, монографий и диссертаций, посвященных данной проблематике. Наиболее распространенными среди современных исследователей подходами к исследованию культурного пространства города являются социологический, ландшафтно-средовой и философско-антропологический. При этом все эти подходы учитывают принципы междисциплинарности и системности, что определяется многосложностью самих концептов «город» и «культура».

Естественно, что в отечественной историографии XX в.1 особый всплеск к культурной проблематике в целом, к культурному пространству и культурной среде города интенсифицировался с середины 80-х гг. Данное научное направление было представлено работами В.Л. Глазычева, Э.А. Орловой, Д.С. Лихачева, А.В. Иконникова, М.С. Кагана, Э.В. Сайко, А.П. Репиной, С.Н. Иконниоковой, А.А. Сванидзе, В.М. Немчинова, И.С. Турова и др. В многочисленных сборниках научных статей, публикациях в научных журналах и монографических исследованиях активно разрабатывались новые методологические принципы, отрабатывался инструментарий, определялся и уточнялся понятийный аппарат. Так, например, в научный оборот прочно вошли понятия «городская культурная среда», «городской образ жизни», «образ города» и др. Активно разрабатываются проблемы структурирования городской среды, наблюдаются попытки определения ее статуса, определяются факторы, формирующие культурную среду города и многие другие аспекты. В целом можно заключить, что выше упомянутыми авторами разрабатываются различные направления исследования культурного пространства, в том числе и социологическое, антропологическое и ландшафтное.

Более подробно остановимся на специфике каждого из выбранных нами подходов.

Большой вклад в разработку социологического и социально-антропологического направлений в исследовании городского пространства и города как особого социокультурного феномена внесли западные исследователи Р. Парк, Э. Берджесс и Л. Вирт, Г. Зиммлель и Э. Дюркгейм2. Во-многом, основываясь на их исследованиях, в современной науке утвердилось представление о том, что городской образ жизни характеризуется ослаблением первичных межличностных связей, нарастанием социального и культурного разнообразия, уменьшением роли традиции, и усилением анонимности общения и освобождением человека от тотального  социального контроля.

Так, например, Э.В. Соколов отмечает, что «основная особенность городской жизни состоит в концентрации деятельности и общения на небольшой территории, в интенсивном освоении людьми пространства и времени… город, переполненный людьми, вступающими в случайные, кратковременные контакты, не создает устойчивой культурной общности, приводит к «атомизации» населения, изоляции личности»3.

Современные исследователи склоняются к мысли о том, что «город, как и регион, является исторически конкретной социально-пространственной формой организации социума»4. Город представляет собой «исторически возникшее, устойчивое пространственное проживание людей, связанных различной совместной деятельностью, со специфической экологической технической и демографической системами»5.

Город представляет собой особый тип поселения и социальный феномен. Города, являются своеобразными центрами цивилизации, в которых сконцентрированы наука, культура, промышленность, что предоставляет широкие возможности для внедрения социальных и культурных инноваций. Кроме того, город представляет особую социокультурную среду, обуславливающую особый образ жизни (быта, учебы, труда)6.

По мнению Э.А. Орловой, социокультурная ситуация современного города характеризуется тенденцией к усложнению. Усложнение социокультурной ситуации выражается в многообразии, интенсивности воздействия на человека и динамизме происходящих изменений, вызывающих у жителей города различного рода проблемы7.

Таким образом, в определении дефиниции города подчеркиваются момент длительности совместного проживания, момент совместной деятельности, а так же особенности экологической, демографической и технической сторон жизни и деятельности человека в рамках данного образования. Социологический подход к исследованию культурного пространства города акцентирует внимание на особенностях социальной среды, особенностях образа жизни и специфике социальных взаимодействий в городском пространстве. Данные характеристики подчеркиваются вдвойне, учитывая то обстоятельство, что многие исследователи определяют культурное пространство через пространство социальное, считая первое частью последнего8.

Ландшафтный подход. Термин «ландшафт» зародился в недрах географической науки. По мнению большинства современных исследователей9, данный термин заимствован из немецкого языка (land – земля, вспаханное поле) (schaft– взаимосвязь). В научную литературу термин был введен в 1805 году немецким географом А. Гоммейером, понимавшим ландшафт как сочетание нескольких местностей, видимых из одной точки и находящихся между определенными частями земной поверхности. Использование данного понятия в науке было связано с выделением нового объекта – достаточно однородного участка географической оболочки, имевшего свою индивидуальную структуру, особенности взаимодействия более мелких территориальных единиц, образующих ландшафт.

В 20-е гг. XX в. в немецкой географической школе оформилось учение о «тотальном ландшафте» (А. Геттнер, О. Шлютер и др.). В рамках данного направления утверждалось хронологическое единение природы, хозяйства и человека (социума), включая его материальную и духовную культуру. Вместе с французской школой географии человека и английской традицией изучения использования земель (landuse) развитие этих идей привело к формированию в западных странах ландшафтной экологии, близкой, по сути, отечественному учению об антропогенных ландшафтах10.

В нашей стране развитие ландшафтоведения как науки связано с именами В.В. Докучаева, Л.С. Берга. При чем знаменательно, что изначально объектом ландшафтоведения стали именно осваиваемые человеком природные богатства, а основной исследовательской проблемой – взаимовлияние природы и социума на конкретно взятой территории. Л.С. Берг, говорил о том, что географическая наука должна изучать не только природные, но и культурные ландшафты, к которым он относил такие, «в которых человек и произведения его культуры играют важную роль. Город или деревня…суть составные части культурного ландшафта»11.

Во второй половине XX в. отечественное ландшафтоведение активно развивалось, благодаря исследованиям Ф.Н. Милькова, В.С. Преображенского, А.М. Рябчикова. В рамках антропогенного ландшафтоведения, в качестве самостоятельных направлений, выделились сельскохозяйственное, рекреационное, городское и др.12

В отечественной историографии внимание к специфике Места, как единого целого, состоящего из природных и культурных компонентов заложили труды Н.П. Анциферова, И.М. Гревса, Н.К Пиксанова13. Соразмерность культурного и природного компонентов городской среды акцентировалась в работах В.Л. Глазычева, М.С. Кагана, Д.С. Лихачева14. В середине 1990-х гг. активное введение в научный оборот термина «культурный ландшафт» связано с исследованиями Ю.А. Веденина и В.Л. Кагановского15. Сегодня исследованием культурных ландшафтов занимается коллектив исследователей Института природного и культурного наследия им. Д.С. Лихачева, в частности сектор, возглавляемый Д.Н. Замятиным16.

В современной науке сложилось несколько подходов к определению понятия «ландшафт». Во-первых, ландшафт рассматривается как определенная таксономическая единица в рамках классификации природно-территориальных комплексов, то есть единица районирования природных комплексов. Во-вторых, понятие ландшафт используется для обозначения определенной природно-территориальной системы, характеризующейся спецификой, не только природных факторов, но и спецификой антропогенного воздействия.

Антропогенный ландшафт – это «территориальная система, активно осваиваемая человеком, среда обитания и хозяйственной деятельности, а потому приобретающая несвойственные естественной природе черты»17. Антропогенные ландшафты национальны и историчны, то есть зависят как от уровня развития научно-технического прогресса. В силу этого антропогенный ландшафт выступает особым культурным кодом, посредством которого осуществляется трансляция культурной информации (материальных и духовных ценностей) от поколения к поколению.

Современные ландшафты поселений подразделяются и в зависимости от характера и степени преобразования природных комплексов на ландшафты сельских поселений, поселков городского типа, малых и средних городов.

Крупный город – «это искусственный урбанизированный ландшафт, который унаследовал от естественного первичного только геологическую основу, основные черты рельефа и зональные особенности климата. В пределах города преобразуется почти все компоненты природного ландшафта: изменяется качество атмосферы, микроклимат, условия жизни живых организмов и растительности, химический состав и режим поверхностных и подземных вод….»18.

Исследователи отмечают19, что в рамках городской среды, изменениям подвержены даже такие первоэлементы как земля, вода, огонь и воздух. Земная поверхность покрывается домами, «естественной» почвой становится асфальт. В городской среде почвы активно загрязняются химическими элементами не свойственными их естественному состоянию. Водопроводная вода, заключенные в гранит реки, искусственно созданные водоемы – все это вариации на тему превращения воды. Все водоемы в городской зоне активно загрязняются промышленными отходами.  Воздух в городе активно приправлен газами, дымом, смогом. Огонь трансформируется или в газовую горелку, либо в промышленный огонь, либо в иллюминацию ночного города. Кроме того, город пронизывают различного рода электромагнитные поля, радиоизлучения. В городе особый шумовой  и вибрационный фон. Все это не может не влиять на целостное восприятие городского пространства, о чем так же пишут многие ученые как философы и культурологи, так экологи.

Доктор географических наук, В.И. Булатов, являясь сторонником, ландшафтного подхода, отмечает, что «город – многоплановая реальность в виде образов ландшафта»20различных для различных категорий населения. Со ссылкой на работы В.Л. Каганского21, В.И. Булатов обращает внимание на несколько полей сопричастности культурной и природной сторон городской среды. Во-первых, ландшафт города выступает в качестве, и среды, и материала для реализации любых проектов (коммерческих, промышленных, развлекательных и др.). В рамках другого аспекта, ландшафт – представляет собой живой организм с взаимосвязанными частями – компонентами, вызывающий особое состояние человека – ланшафтопереживание, включение его в культуру, когда природа становится «пейзажем». Следующий компонент, создание в рамках визуального ландшафта объектов, условно называемых «культурной матрицей» определенного места, которые используются для получения художественных, а иногда и трансцендентных впечатлений.

Современные исследователи убеждены в том, что городской ландшафт как рукотворная среда обитания человека должен удовлетворять не только материальные, но и духовные потребности человека. Достигается это благодаря тому, что «рукотворные компоненты, образующие городской ландшафт (здания, сооружения, архитектурные ансамбли и т.п.), исполняя прямые хозяйственные функции, являются по внешнему облику выразителями идейных и эстетических ценностей своих создателей. Эти духовные ценности, накопленные в городском ландшафте за всю историю его развития, оказывают, в свою очередь, активное влияние на мироощущение, мировоззрение и практическую деятельность проживающего здесь населения»22. Для акцентирования роли личности в формировании своеобразия культурного облика Места исследователями используется понятие «культурно-цивилизационный ландшафт»23.

Один из основателей средового подхода в градостроительстве К. Линч выделяет пять основных универсальных элементов городского окружения24. Первый элемент – пути, вдоль которых можно перемещаться. Это улицы, тротуары, автомагистрали, железные дороги, водные каналы и т.д. Их основные свойства: опознаваемость, непрерывность, направленность. Второй компонент – границы, знаменующие разрывы пространственной непрерывности. В качестве таковых могут выступать берега, стены, края жилых районов. Третий компонент – районы, средние по величине части города, в которые наблюдатель мысленно входит «изнутри». Четвертый компонент – узлы, места или стратегические точки города, в которые наблюдатель может свободно попасть. Это перекрестки, слияния путей, небольшие площади, станции метро. Узлы связывают воедино сетку путей и районы. Последний компонент – ориентиры – точечные элементы в пределы, которых не может ступить наблюдатель, они остаются внешними по отношению к нему. Это могут быть купола храмов, телебашни, колокольни и т.д. Ориентиры могут быть и локальными (видными только с небольшого расстояния) – например, городские скульптуры.

Пространство города структурировано и зонировано. Наиболее традиционное деление городского пространства – на центр и периферию. В центре города традиционно наибольшее количество властно-административных структур, учреждений культуры, культовых сооружений, архитектурных ансамблей, имеющих историческую ценность и т.д. Кроме того, центр является территорией, которую регулярно или периодически посещают все горожане. К периферии идет нарастание энтропии: однообразие и монотонность типовой застройки, не значительное количество культурных и властно-административных учреждений. Кроме того, современные крупные города могут быть зонированы и по вертикали. Метро представляет собой своеобразный подземный мир, наземная часть – средний мир, верхние этажи небоскребов, с размещенными в них офисами крупных компаний и элитными квартирами – верхний мир.

В структуре городской среды выделяют стабильные и мобильные элементы. Каркас всего городского пространства образован сетью улиц и площадей, монументальными зданиями, закрепляющими узлы пространственных структур. Следующий элемент – это застройка, вписанная в сеть улиц. Если каркас – неизменная составляющая, то второй элемент может время от времени обновляться. Следующий по степени мобильности компонент – вещное наполнение городской среды – область городского дизайна. Именно эта часть позволяет горожанам «пользоваться» городом, она включает в себя фонари, лавочки и т.д. Эти вещи создают фон нашей будничной жизни в городе. Самый мобильный – это малогабаритные вещи, такие как текстовая реклама или праздничное убранство города.

Таким образом, в рамках ландшафтного подхода, культурное пространство города выступает с одной стороны как совокупность природно-культурных характеристик Места, с другой стороны как среда обитания человека, творимая им и творящая его. Город является и результатом и объектом человеческой деятельности, точно также как человек, с одной стороны, его образ жизни задан особенностями городской среды, с другой стороны, данные характеристики среды – продукт его собственного творчества.

Данный акцент находит свое более детальное развитие в рамках городской антропологии. Г.В. Горнова в своей работе «Феномен города в духовном мире человека отмечает, что «объективная реальность города…служит предметом духовного освоения. Город отчасти объективирует абстракции…космоса, природы, общества…Такие объективированные формы как городской идеал, миф, метафора, фиксируют ряд возможных образцов, моделей воспроизводства человека городского, присваивая которые человек выстраивает свой тип отношений с городом. Субъективная реальность отношения человека к городу выступает в форме переживания…Предметом переживания может быть как реальный город, так и город, не существующий в действительности: город-мечта, город детства…город созданный или преображенный творческой фантазией писателя»25. Переживание, по мнению автора, является важнейшей формой постижения города, в которой осуществляется процесс перехода в субъективный внутренний мир человека объективированных форм проявления сущности города. По мнению автора, «субъективная реальность отношения человека к городу выступает в форме переживания, а в пределе реализуется в соразмерности города и  человека. Переживание является важнейшей субъективной формой постижения города…Соразмерность выступает интегрирующим фактором объединения города и горожанина в определенную целостность. Соразмерность – это соответствие человека городу и города – человеку, адекватность среде своего обитания…Насыщение личного жизненного смысла смыслами и ценностями города, погружение человека в аксиологическое поле города, расширение сферы переживания, осуществляемого способами позитивного и негативного присвоения, формируют позитивную, негативную или нейтральную соразмерность…»26.

Интенсивность переживаний автор напрямую связывает с толщиной культурного слоя города. Так, города с богатым культурным слоем порождают более мощный поток переживаний. Насыщение личного жизненного смысла человека смыслами и ценностями города происходит в результате позитивного или негативного присвоения города человеком. Расшифровывая культурные коды города, содержащиеся в его архитектурно-ландшафтной среде (улицы, площади, фонтаны, парки, мосты, фонари, памятники), ощущая звуки и запахи города, его ритм, человек тем самым взаимодействует с городом, вводит город в свой личный мир, оценивает его как «свой» (позитивное присвоение), либо как «чужой» (негативное присвоение). При позитивном присвоении формируется сильная положительная эмоциональная связь, укрепляется городская идентичность. Позитивная соразмерность не препятствует индивидуализации человека, а наоборот, придает личности дополнительную энергию для развития. Позитивная соразмерность не только насыщает личное смысловое поле горожанина, но и смысловое измерение города, отраженное в музыке, живописи, литературе. При негативном присвоении горожанин либо полностью отвергает ценности и нормы, характерные для жителей данного города, либо сужает сферу своих отношений с городом. Существует и нейтральная соразмерность, выражающаяся в отсутствии эмоциональной окрашенности в отношении к городу.

Город как особая среда существования человека обладает рядом специфичных черт, в тех или иных формулировках отмечаемых разными авторами.

Во-первых, являясь сосредоточием культурных, технических и социальных достижений своего времени, он предоставляет человеку множество разнообразных возможностей, как в профессиональном, так в социальном, в культурном  плане, и даже, если данные возможности не используются человеком по тем или иным причинам, само их наличие порождает сознание свободы.

Во-вторых, город представляет собой особую социальную среду, в рамках которой общение между людьми происходит по несколько иным законам, чем в сельских поселениях. Высокая плотность городского населения обуславливает интенсификацию различных форм социального общения. Современный человек – человек множества идентичностей, принадлежащий к разным социальным, а соответственно, и субкультурным, образованиям. В рамках каждой из них он воспроизводит определенные нормы, ценности и стандарты поведения, выполняет различные социальные роли. Данное обстоятельство определяет необходимость быстрого переключения, что в совокупности с высокой интенсивностью человеческих контактов в городской среде, приводит к определенной пресыщенности общением и эмоциональной усталости. Эти же особенности определяют тот факт, что горожанин, в сравнении с жителем сельской местности, намного менее общается со своими соседями, отдавая приоритет друзьям и коллегам по работе (а в городе все эти группы совершенно не обязательно совпадают, в отличие от более замкнутых сельских обществ).

Г.В. Горнова расценивает данную тенденцию как особое, характерное для города, «соотношение конкретного и абстрактного в восприятии другого». По ее мнению, «деревенские жители воспринимают соседей во всей чувственной конкретике, так как пространство поселения совпадает с пространством знакомств. Численность населения города, естественно, делает это невозможным… Жители современного города, с которыми горожанин сталкивается на улице, в транспорте, в общественных учреждениях вполне конкретны, но при этом сохраняют «абстрактность», поскольку они анонимны и знакомства не предполагается. Тем не менее, в этом анонимном общении происходит признание их существования, их наличия, их прав…И в результате предельная абстракция «населения» отчасти конкретизируется и оживляется, этим отличаясь от абстракций другого порядка: «народа», «нации», максимально удаленных от конкретики…»27.

Таким образом, с точки зрения философско-антропологического, город – особая среда обитания человека, характеризующаяся специфичными вещно-предметными и социально-коммуникативными характеристиками, и в этом смысле антропологический подход, объединяет возможности ландшафтно-средового и социологического, предоставляя возможность максимально полного выражения всей специфики существования культуры в рамках города как ее специфичного феномена.


Примечание

1 Не считая всплеска увлеченностью историей и краеведением 20-х гг., в частности характеризовавшегося научно-практическим интересом к культурному пространству города, связанного, прежде всего с именами И.М. Гревса и Н.П. Анциферова.

2 См.: История социологии в Западной Европе и США / Отв. ред. Г.В. Осипов. – М., 2001. – С. 254–264.

3 Соколов Э.В. Город глазами культуролога // Город и культура. Сборник научных трудов. – Спб., 1992. – С. 4, 6.

4 Скульмовская Л.Г. Теоретические и методологические предпосылки исследования культурного пространства города // Социокультрное пространство сибирского города: история и современность. Сб. науч. ст. вып. 3. – Ханты-Мансийск, 2006. – С. 5.

5 Зеленов Л.А. Социология города. – М., 2000. – С. 94.

6 Приводится по: Скульмовская Л.Г. Указ. соч. – С. 11.

7 Орлова Э.А. Современная городская культура и человек. – М., 1987. – С. 71–75.

8 См. например: Пяткова Н.Л. Пространство в первобытной культуре. Автореф. дис…канд. Культурологических наук. – Челябинск, 1997. – С. 12; Паршукова Г.Б. Информационно-библиотечная среда образовательного пространства региона (на примере Новосибирской области). – Новосибирск, 2004. – С. 17–18 и др.

9 См. например: Костинский Г.Д. Идея пространственности в географии // Известия Академии наук. Серия География. – 1992. – №6. – С. 37–38; Нестерова С.В. Антропогенные ландшафты // Сибирский сад – территория мечты: Сборник материалов научно-художественного проекта. Омск – Новокузнецк 2002 год / Науч. ред. В.Г. Рыженко / Ред. Г.Ю. Мысливцева. – Омск: Издательство ОГИК музея, 2004. – С. 45–48; Терминологический словарь по физической географии / Под ред. Ф.Н. Милькова. – М., 1993. – С. 127 и др.

10 Николаев В.А. Учение об антропогенных ландшафтах – научно-методическое ядро геоэкологии // Вестник Московского университета. Серия 5. География. – 2005. – №2. – С. 36.

11 Цит по: Николаев В.А. Указ соч. – С. 36.

12 См. об этом подробнее: Романова Э.П. Горшков С.П. Ландшафтно-геоэкологические системы суши и их картографирование // Вестник Московского университета. Серия 5. География. – 2005. – №2. – С. 45–46.

13 См. например: Анциферов Н.П. Пути изучения города как социального организма. – Лен., 1926; Пиксанов Н.К. Областные культурные гнезда: историко-краеведческий семинар. – М.; Л., 1928.

14 См. например: Глазычев В.Л. Социально-экологическая интерпретация городской среды. – М., 1984; Он же Культурный потенциал города // Культура города: проблемы качества городской среды. – М., 1986. – С. 16; Каган М.С. Философия культуры. – Спб., 1996; Он же История культуры Петербурга. Учебное пособие. – Спб., 2006.

15 См. например: Веденин Ю.А. Очерки по географии искусства. – М., 1997; Кагановский В.Л. Культурный ландшафт и советское обитаемое пространство: Сборник статей. – М., 2001 и др.

16 См. например: Замятин Д.Н. Гений и Место. Географические образы в становлении метагеографии России // Культура и интеллигенция меняющихся регионов России: XX в. Интеллектуальные диалоги: XXI в.: Россия – Сибирь – Казахстан. Материалы IVВсероссийской научной и научно-практической конференции с международным участием. – Омск, 2006. – С. 5–6.

17 Земля на которой мы живем. Природа и природопользование Омского Прииртышья / Отв. ред. В.Р. Плюхин / Науч. ред. Ф.И. Новиков. – Омск, 2006. – С. 48.

18 Земля на которой мы живем… – С. 372.

19 См. об этом подробнее: Букач В.А., Григорьев А.И, Мельникова О.Ю. Индикация состояния экосистем урбанизированных территорий юга Западной Сибири. По данным индикационных исследований и изучения снежного покрова (на примере г. Омска): Монография. – Омск: Издательство Омского института предпринимательства и права, 2005; Земля на которой мы живем… – С. 398–408 и др.

20 Булатов В.И. Природное и социокультурное пространство Ханты-Мансийска (эколого-географические размышления) // Социокультрное пространство сибирского города: история и современность. Сб. науч. ст. вып. 3. – Ханты-Мансийск, 2006. – С. 64.

21 Каганский В.Л. Ландшафт и культура // Общественные науки и современность. – 1997. – №1. – С. 134–145; №2. – С. 160–169.

22 Земля на которой мы живем… – С.396.

23 См. об этом подробнее: Рыженко В.Г. Назимова В.Ш. Алисов Д.А. Пространство советского города (1920–1950-е гг.): теоретические представления, региональные социокультурные и историко-культурологические характеристики (на материалах Западной Сибири) / Отв. ред. В.Г. Рыженко. – Омск, 2004. – С. 46.

24 Линч К. Образ города. – М., 1982.

25 Горнова Г.В. Феномен города в духовном мире человека. Монография. – Омск, Издательство ОмГТУ, 2005. – С. 4.

26 Там же. – С. 147.

27 Там же. – С. 11.



* © Культурологические исследования в Сибири. – 2007. – №1(21). – С. 65–71.

Вернуться к содержанию >>>

 

  

© Сибирский филиал Института наследия. Омск, 2014–2016
Создание и сопровождение: Центр Интернет ИМИТ ОмГУ