Культурное наследие Сибири Электронное
научное
издание
Карта сайта
Поиск по сайту

Рейтинг@Mail.ru

О журнале | Номера журнала | Правила оформления статей




Л.М. Шляхтина, Е.Н. Мастеница

МУЗЕЕВЕДЕНИЕ КАК ФАКТОР ОПТИМИЗАЦИИ РАЗВИТИЯ МУЗЕЙНОГО ДЕЛА*


         


Все более очевидным сегодня становится приоритет науки как неотъемлемой части процесса развития человечества. Возникают новые формы научных сообществ, происходит обновление проблематики исследований, актуализация комплексных междисциплинарных направлений. Глобализация обуславливает нарастание интеграционных процессов в науке, но не исключает существования и развития в ней дифференциации, связанной с индивидуальными взглядами ученых, традициями различных научных школ. В данном контексте рассмотрение музееведения как молодой формирующейся науки, определяющей задачи и указывающий вектор развития музейного дела, представляется авторам весьма актуальным.

В России интерес к музейному делу и назначению музея зародился в эпоху петровских реформ и преобразований. Так, созданная в начале XVIII в. по образцу многочисленных европейских музеев Кунсткамера в течение ста лет была первым и единственным естественнонаучным и историческим музеем, доступным публике. Процесс собирания коллекций, состоявших главным образом из предметов зарубежного, в том числе и древнего искусства, осуществлялся в императорских резиденциях и аристократических домах. Эти собрания способствовали утверждению престижа их владельцев, но, оставаясь частными, были доступны для обозрения узкому кругу лиц.

Атмосфера общественного подъема в России в первой четверти XIX в. обусловила потребность в осмыслении социальной роли музея, и в первую очередь, – музея национальной истории1. Именно в этот период происходил пересмотр представлений о музее как хранилище раритетов и шедевров. В общественном сознании главное предназначение музея виделось не только в собирании, сохранении, изучении и показе памятников культуры, но и в реализации комплекса идеи, иными словами, – в воплощении определенной концепции. В этой связи представляет интерес предложенный Фридрихом (Федором Павловичем) Аделунгом проект учреждения русского национального музея, опубликованный в 1817 г.2 Под национальным музеем автор понимал «сколь возможно полное собрание всех предметов, относящихся к истории, состоянию и произведениям какой-либо земли и ее жителей»3. Окончив университетский курс в Лейпциге и совершив путешествие по Европе, Аделунг со знанием дела утверждал, что «нет еще ни в каком государстве подобного музея»4. По его замыслу, музей должен был стать крупным хранилищем национальных памятников, обнаруженных на территории России, для разностороннего изучения и демонстрации ее истории с древнейших времен.

Взгляды Аделунга получили дальнейшее развитие в проекте Бурхарда Генриха Вихмана. В 1820 г, в Риге была опубликована его статья «RussJand National museum», перевод которой вскоре был напечатан в журнале «Сын Отечества»5. Разработанный Вихманом проект музея, созвучный идеям Аделунга, оказался концептуально более целостным, поскольку в нем было очерчено не только содержание музея исторического профиля, но и его структура и социокультурные функции.

Новый импульс для развития музееведения как науки дал рубеж XIX–XX вв. В полифонии философских воззрений Серебряного века особое место занимает концепция музея, его смысла и назначения, предложенная выдающимся религиозным мыслителем Н. Ф. Федоровым. Размышляя о музее как феномене культуры, он понимал его как проект объединения всех прошедших поколений («отцов») с последующими («сынами»). Музей в трактовке Федорова является посредником между Прошлым и Будущим, между культурой ушедшей и культурой настоящей, т. е. своеобразным механизмом, с помощью которого ныне живущее общество обеспечивает себя информацией о культурно-историческом пространстве, в котором оно существует6. Учение Федорова утверждало феноменологический подход к изучению музея, что было принципиально важным в становлении музееведения.

С первых лет советской власти стал меняться характер развития самой науки. В 1920-е гг. формировались новые установки и принципы в научной методологии. С одной стороны, наука тесно увязывалась с идеологическими задачами, а с другой, – должна была носить прагматический, прикладной характер. Особенно драматично складывалась судьба гуманитарных наук. В 1930-е гг. гуманитарное знание было «либо лишено статуса научности, либо рассматривалось как не достигнувшее в своем развитии идеала точного знания»7, В СССР практически перестали пользоваться самим термином «гуманитарная наука», что было обусловлено внедрением новой методологии диалектического и исторического материализма, согласно которой все исследования – и естественнонаучного, и технического, и гуманитарного характера – имеют единую природу. «Обновленные» гуманитарные науки превратились в общественные. Музееведение также стало трактоваться как общественная наука, что особенно ярко проявилось в книге «Основы советского музееведения»8.

Вторая половина XX в. ознаменована обострением внимания к проблемам музееведения (музеологии) в международных научных кругах. В Европе и Америке были проведены многочисленные конференции, симпозиумы, семинары и проч. В связи с этим в 1977 г. в рамках ИКОМ[1] была создана комиссия по музеологии, в задачу которой входило объединение усилий ученых различных стран с целью разработки теоретических основ науки. Было предложено также включить данную дисциплину в учебные планы университетов мира. В этот период происходит постепенное взаимопроникновение идей и концепций, что дало новый толчок интенсивному развитию музееведения как за рубежом, так и в нашей стране. Краткий ретроспективный анализ позволяет обозначить несколько подходов в понимании музееведения:

• западноевропейский – существует наиболее длительное время и связан с именами В. Боде, И. Грессе, С. Квихельберга, К. Линнея, И. Майора и др. Сегодня представлен трудами В. Дженсена, А. Леон, Р. Льюиса, Ж. Ривьера, Ю. Ромедера, Р. Синглтона, К. Хадсона, X. Хелленкемпера, Э. Хупер-Гринхилл и др.;

• американский – отличается дискриптивно-прагматическим характером, вследствие чего ярко проявляются индивидуальные подходы отдельных авторов (В. Берне, Г. Бурков, В. Вошберн, В. Данилов, Л. Титер. канадские ученые Д. Камерон и Д. Макдональд и др.);

• восточноевропейский – к нему тяготеет отечественное музееведение, его разделяют авторы данной статьи. Основные идеи содержатся в исследованиях и фундаментальных трудах И. Аве, Й. Бенеша, В. Глузинского, М. Гнедовского, А. Грегоровой, В. Дукельского, К. Малиновского, И. Неуступного, Н. Никишина, Т. Полякова, Д. Равикович, А. Разгона, Б. Рюдигера, Т. Селяновски-Новиковой, 3. Странского, В. Хербста, Т. Шолы, К. Шрайнера и других исследователей, рассматривающих музееведение как самостоятельную науку.

Существование различных подходов не исключает необходимости определения главных признаков науки: дефиниции, предмета, объекта, структуры, языка и метода. Их содержание помогает определить подходы к решению насущных проблем музейной практики.

В 1950-е гг. дефиницию музееведения предложил чешский ученый И. Неуступный. По его определению, эта наука состоит из общей и специальной музеологии. Специальная, по его мнению, базировалась на профильных дисциплинах, связанных со спецификой того или иного музея, например, историческая музеология (обусловленная спецификой профильной науки – истории), искусствоведческая музеология (обусловленная спецификой искусствоведения) и т. д. При этом как закономерности развития самих музеев, так и специфика их деятельности по отношению к обществу, вне зависимости от их профиля, были отнесены исследователем к общей музеологии9. В 1960-е гг. иную дефиницию дал словацкий ученый 3. Странский, развивавший ее и в последующих работах. Сравнив все существующие позиции в трактовке музееведения и проанализировав многообразие взглядов на содержание самого понятия, он выделил четыре группы мнений. Согласно трем из них, музееведение это: 1) самостоятельная научная дисциплина; 2) теория и методика музейной работы, т. е. прикладная, вспомогательная наука; 3) сумма технических и методических приемов музейной работы. Четвертая сводится к полному отрицанию музееведения как науки.

Нам представляется, что позиция Странского отвечает современному уровню развития гуманитарного знания. Он полагал, что новая научная дисциплина занимается изучением и отбором документов, но не сводил это к исследованию собственно предметов музейного значения, а исходил из того, что отбор явлений, процессов такого значения и их документирование представляют собой процесс познания «тотальной», кодовой ценности объекта. Музееведение, по его мнению, это познание таких документов, которые в оптимальной степени представляют известные общественные ценности и являются достаточным основанием для того, чтобы их селектировать, тезаврировать и осуществлять с их помощью коммуникацию в интересах дальнейшего развития общества10.

Такое понимание музееведения позволяет осмыслить предмет науки.

Впервые задача определения предмета музееведения отечественными учеными была поставлена в 1920–1930-е гг., а также решалась и в более позднее время, как у нас, так и в других странах. Понятие предмета рассматриваемой науки складывается с учетом различных точек зрения, что дает возможность выделить несколько подходов к его определению: институциональный (предметом музееведения является сам музей как социокультурный институт); предметный (предметом музееведения является музейный предмет – источник к носитель информации, обладающий большой значимостью для музейной деятельности); функциональный (связан с пониманием социокультурных функций музея): комплексный (суть данного подхода заключается в том, что музееведение – это наука о познании музейности, т. е. специфического отношения человека к вещественной стороне действительности, которая проявляется в отборе, приобретении, сохранении и использовании носителей этой «музейности» – вещей реального мира).

Таким образом, музейность – это особое «музейное» отношение человека к действительности, направленное как на обнаружение самих предметов-источников, так и на раскрытие заложенной в них социально значимой информации и определение их культурной ценности.

Круг изучаемых музееведением закономерностей связан со специфическим «музейным» познанием окружающей действительности, целью которого является выявление в реальности событий и фактов (а также их материальных свидетельств), представляющих ценность для их сохранения в общественной памяти и, таким образом, – сохранение самой социальной памяти. Иными словами, предмет музееведения – познание музейности этих свидетельств.

Объектом музееведения является сам музеи как некая историческая форма существования общественной потребности в сохранении и использовании музейности, как институт сохранения социальной памяти.

Как научная дисциплина музееведение обладает определенной структурой, связанной с пониманием ее предмета и объекта. В основе этой структуры лежат три компонента:

• генетический, или генезис музея и история музейного дела, посвященный изучению происхождения и развития потребности общества в отборе, сохранении и использовании объектов реального мира – носителей музейности;

• структуральный, включающий теорию документирования, теорию тезаврирования и теорию коммуникации, т. е. теоретические аспекты, связанные с проблемами отбора носителей музейности (объектов реального мира), познанием, учетом и сохранением их социокультурной и материальной ценности (тезауруса), а также с проблемами использования информационного, культурного и документального потенциала носителей музейности в целях развития общества;

• практический, или прикладное музееведение, – связан с разработкой научных методик, музейных техник, управленческих и организационных основ музейной деятельности.

Поясним основные составляющие данной структуры.

История и историография – раскрывает историю появления музеев, особенности музейного дела в различные исторические периоды, а также проблемы их освещения в научной литературе.

Теория – состоит из 4-х взаимосвязанных концептуальных блоков:

• общая теория музееведения (метамузеведелие) – объясняет место музееведения в системе других наук, ее структурные элементы, основные понятия, определяет феномен музея и музейного предмета:

• теория документирования связана с методологией и методикой отбора объектов действительности (предметов-источников) в музейное собрание, т. е. с комплектованием фондов;

• теория тезаврирования (от гр. thesauros: сокровище, сокровищница, хранилище) подразумевает познание ценности музейных предметов в рамках научно-фондовой работы, что проявляется в их исследовании, учете и сохранении;

• теория музейной коммуникации исследует музей как один из коммуникационных институтов, изучает особенности процесса музейной коммуникации, в основе которой лежат музейные предметы, а также специфику способов передачи музейной информации.

Музейное источниковедение вырабатывает особый подход к музейным предметам как к источникам (носителям) информации, а также выявляет и оценивает их подлинность и способность адекватно отражать и представлять документируемую действительность с позиций музейной коммуникации.

Прикладное музееведение определяет виды и направления музейной деятельности – научной организации фондов, учетной, хранительской, научно-исследовательской, экспозиционной, музейно-педагогической, по связям с общественностью и др.

Научные методики музейной работы связаны с перечисленными выше основными видами и направлениями музейной деятельности (научная организация фондов, учетная, хранительская, научно-исследовательская и т. д.).

Техника музейной работы исходит из научных методик и является инструментом практической деятельности (техника оформления учетной документации на постоянное и временное хранения, техника заполнения карточек научного описания, техника хранения ит, д.).

Организация и управление музейной деятельностью связаны с вопросами менеджмента, маркетинга, консалтинга.

Итак, рассмотрение музееведения с научно-структурных позиций позволяет авторам предложить следующее ее толкование: музееведение – это формирующаяся самостоятельная наука, изучающая специфику ценностно-познавательного (музейного) отношения человека к действительности.

На разных исторических этапах это отношение проявлялось через различные формы и виды музейных институтов. Среди них – кунсткамеры, вундеркамеры, моделькамеры, кабинеты, анатомические театры, галереи, музеи и современные центры наследия, которые по отдельности и все вместе являются неотъемлемым элементом системы социальной памяти народа и человечества в целом. Таким образом, музееведение имеет исторически обусловленный и ярко выраженный характер социальной-гуманитарной науки, способствующей формированию ценностных приоритетов и познанию человека, общества и культуры.

Язык науки характеризует уровень ее развития. Терминологический аппарат музееведения является достаточно разработанным и свидетельствует о закреплении основных понятий, являющихся ключевыми в решении актуальных проблем музейного дела в международной практике. Существует ряд специальных словарей, изданных за рубежом11. Попытки составления словарей музейных терминов предпринимались и отечественными специалистами12. Большим достижением современного музееведения является выход в свет «Российской музейной энциклопедии»13.

Вопрос о методе является наименее изученным в современном музееведении. Это объясняется тем, что данная наука носит интердисциплинарный характер. Он обусловлен тем, что, во-первых, профили музеев связаны практически со всеми отраслями знания (геологией, минералогией, биологией, палеонтологией, зоологией, историей, искусством, литературоведением и проч.); во-вторых, в музее осуществляется разнообразная практическая деятельность (педагогическая, художественная, в том числе дизайнерская, консервационная и реставрационная, информационно-компьютерная, маркетинговая и т. д.), нуждающаяся в научном обосновании. Однако указанные аспекты, при всей их актуальности, связаны с прикладным музееведением.

Выше было отмечено, что предметом музееведения является специфическое, т. е. музейное, отношение человека к действительности, со всеми его связями и следствиями, носящими как материальный, так и духовный характер. Это особый тип отношения сознания к бытию, который проявляется в беспрерывном процессе документирования и селектирования не только материальных свидетельств развития природы, общества и сознания, но и ценностных норм, нравственных критериев, эстетических категорий в разнообразных сферах бытия и сознания. Поэтому интердисциплинарность музееведения имеет теоретический, философский характер, придающий особый смысл и цель музейной деятельности. Связи музееведения с другими гуманитарными дисциплинами означают то, что данная Жнаука в отношении к собственному предмету исследования релятивизирует и включает до известной степени также предмет исследования смежных наук, творчески применяя их знания, категориальный аппарат и методы.

Прежде всего это относится к философии, В специфическом, музейном отношении человека к действительности происходит принятие самой экзистенции мира, его дифференцированности, структурности и временного триединства, проявляющегося в тесной взаимосвязи прошлого, настоящего и будущего. Интердисплинарность музееведения определяется характерным для каждой данной эпохи уровнем научного познания и в конечном счете одновременно показывает единство мира и его эволюционную динамику. Философские подходы являются теоретическим и методологическим фундаментом для создания концепции музея, для осмысления всех направлений его деятельности, в том числе интерпретации музейных собраний с точки зрения их историко-культурной ценности.

Новые знания не только о специфическом музейном отношении человека к действительности, но и о самой этой действительности, отраженной в предметах, вносит в музееведение гносеология. Собрание музейных предметов и каждый из них в отдельности представляют собой новую документальную реальность, которая способствует постижению исторической действительности, углублению и обобщению знаний о ней. Собственно гносеологический информационно-источниковый потенциал музейного предмета состоит в том, что, являясь фрагментом (остатком) подлинной, нередко уже ушедшей в безвозвратное прошлое, реальности, он концентрирует в себе явные и латентные сведения о различных связях и отношениях окружающего мира, наиболее важными из которых являются пространственно-временные. Информация, содержащаяся в музейном предмете, по нашему мнению, относится к разряду социальной информации, так как данный предмет является результатом определенных причинно-следственных процессов и связей, обусловивших его появление в ту или иную эпоху, в той или иной культурной и социальной среде, у той или иной личности. Музейный предмет аккумулирует сведения о явлениях, предопределивших его возникновение и бытование, отражает и фиксирует определенный общественно-исторический опыт. Таким образом, в контексте музееведения он является носителем информации о более широких и обобщающих отношениях, нежели выступая в качестве источника для таких наук, как археология, этнография и др.

Постижение окружающего мира в его материальной и духовной ипостасях происходит на основе аксиологии, с которой тесно связано музееведение в моментах оценки действительности и ее остатков (музейных предметов). Аксиологический подход проявляется в том, что процесс отбора музейных предметов осуществляется в рамках субъектно-объектных отношений, в основе которых лежит избирательность и оценка. Оценивающим субъектом является человек, а оцениваемым объектом – музейный предмет. Причем процесс его оценки и определения значимости проходит в два этапа. На первом профессиональную оценку-экспертизу производит специалист – музейный сотрудник, затем, на втором этапе, оценка музейной информации и предметов осуществляется уже посетителем – с позиций его личностных интересов и потребностей, собственных мировоззренческих представлений, ценностных ориентации и предпочтений.

Тесные связи между музееведением и психологией обнаруживаются, в первую очередь, в изучении особенностей восприятия, прочтения информации, аккумулированной в музейных предметах, средствами как общей психологии, так и психологии личности. Первый уровень восприятия связан с многоступенчатым процессом зрительного, тактильного, эмоционального, когнитивного, а иногда и нравственного постижения «тотальной, кодовой ценности» музейной информации специалистами, т. е. сотрудниками музея. Второй уровень восприятия подразумевает ее освоение музейной аудиторией, с учетом ее половозрастных, этнопсихологических, психофизиологических, образовательных, религиозных, мотивационных, установочных и других особенностей. Учет психологических особенностей восприятия музейной информации зрителем предопределяет стратегическую политику по отношению к музейной аудитории, что очень важно учитывать в деятельности музеев.

Традиционные и устойчивые связи музееведение имеет с педагогикой и социологией. На их основе строится методология и методика реализации музеем его образовательной функции. Взаимодействие музеев и педагогики необходимо для решения таких особо актуальных проблем музейной практики, как:

• гуманизации и гуманитаризации образования в учебных заведениях любого профиля и уровня;

• удовлетворения индивидуальных познавательных потребностей разнообразной музейной аудитории, в том числе – в самообразовании и самореализации личности;

• социализации (социальной адаптации) и культурной идентификации и проч. Образовательная деятельность музея, осуществляемая на основе гносеологической и информационной ценности музейного собрания, содействует образованию, стимулируя познавательные потребности в чувственном и понятийно-логическом освоении действительности. Музееведение имеет много точек соприкосновения с педагогикой и социологией и в изучении общекультурного, этического, эстетического воздействия музеев и музейной информации, их мировоззренческого влияния на формирование индивидуального и общественного сознания.

Социологический, или социально-психологический, аспект выявляет новый ракурс в исследовании музея как социокультурного института. В этом направлении происходит изучение взаимоотношений музея и общества, социальных групп и учреждений14. Возможности музееведения могут быть расширены за счет включения проблематики социальных отношений, изучения состава зрительской аудитории, частоты посещения музеев и особенностей восприятия музейной информации, социокультурных ориентации, интересов и предпочтений, мотивации и др.

Музейное отношение человека к действительности обуславливает связь музееведения с этикой. Интерпретация музейного собрания в форме экспозиции, выставки, музейно-педагогических программ и рекреационных проектов строится на основе этической оценки, создания морально-ценностных ориентации, установок и мотивировок. Этический аспект является основополагающим в воспитании отношения к общечеловеческим культурным и природным ценностям, придает им особый смысл и значение, обосновывает общественную потребность в их сохранении для будущего.

В конце XX в. в музееведении наблюдались изменения, связанные с внедрением философской парадигмы, ориентированной на изучение человека во всем многообразии его взаимосвязей с цивилизацией, обществом, семьей. Концентрация человечеством материальных и духовных ценностей привела к началу нового этапа исторического и культурного познания. Ушедший век был отмечен постепенным отходом от позитивистского дробления гуманитарных знаний в сторону утверждения более универсальной в научном отношении культурно-исторической картины развития человека и общества, позволяющей по-новому раскрыть мир ценностей и смыслов.

Музееведение, наряду с литературоведением, искусствознанием, источниковедением, герменевтикой, лингвистикой и другими специальными дисциплинами, занимается осмыслением текста, в том числе художественного; поиском методов его прочтения и интерпретации его многозначного смысла; исследованием восприятия текста реципиентом. Это позволяет выработать научное представление о тексте как знаковой системе, о его семантических и семиотических свойствах и особенностях, что особенно важно для решения задач построения музейных экспозиций15.

В XXI в. музееведению в целях оптимизации музейной деятельности предстоит осознать, что гуманитарное познание связано с изучением свойств музейного предмета, которые выражают сложные взаимосвязи вещественного и духовного, социального и психологического, культурного и природного как в человеке, так и в результатах его деятельности. Развитие науки предопределяет необходимость постановки вопроса о музее как феномене культуры16 и о качестве представляемой в нем информации, ее объективности и соответствии новейшим научным взглядам. В этой связи музейное источниковедение, по нашему мнению, может рассматриваться как метод познания реального мира, позволяющий изучать музейные предметы как целостную совокупность созданных в ходе исторического развития материальных и духовных реалий.

Вещественные, археологические, этнографические, письменные, изобразительно-графические, фото-кино-фонодокументальные, устные источники отражают явления, события и факты исторической действительности, свидетельствующие о развитии природы, общества и человека, деятельности и взаимодействии людей; их побудительных причинах и целях, психологических мотивациях и возможностях. В соответствии с этим подходом музееведение вырабатывает систему приемов, представляющих музейный предмет как феномен культуры своего времени. Традиционно он использовался в качестве доказательства определенного факта, события или идеи. Сегодня для адекватной характеристики явлений с максимально полным учетом особенностей конкретной эпохи необходимо сопоставление всего комплекса источников, требуется системный, комплексный, междисциплинарный подход. Музейный предмет, прежде всего, изучается как продукт культуры, т. е. как результат сознательной и целеполагающей человеческой деятельности.

Культурологический подход предполагает рассмотрение условий, обстоятельств и целей создания музейного предмета, его значения в контексте данной культуры и породившей его реальности. Особое внимание обращается на изучение роли, которую эти предметы играли «при жизни» (в период своего активного функционирования) в природной среде и обществе определенного времени. Это связано с выявлением семантики музейного предмета как такового и отражаемых им исторических процессов и явлений, Таким образом, новые способы осмысления предметного мира с позиций музееведения позволяют всесторонне исследовать материальное наследие и извлечь закодированную в музейных экспонатах информацию в целях ее исторической и культурологической интерпретации для адекватного прочтения социокультурного контекста эпохи их бытования и установления их значения и предназначения17.

Ярко выраженная интердисциплинарность музееведения и его тесное взаимодействие с другими социально-гуманитарными науками определяет содержание и границы ее собственного метода, находящегося в стадии становления. Нет сомнения в том, что его дальнейшее развитие связано с музейным источниковедением и будет опираться на аксиологический и гносеологический фундамент.

Музееведение многоаспектно, как многоаспектен и предмет ее исследования. Одни аспекты изучаемой ею музейной деятельности связаны с реальным миром и отражающими его материальными свидетельствами – музейными предметами, другие – определяется самим объектом науки – музеем. Он выступает как институт социальной памяти, собиратель, хранитель и транслятор материального и духовного культурного наследия различных обществ, сообществ, регионов и эпох. Однако при этом музей не становится застывшим хранилищем, это имманентно саморазвивающаяся система, испытывающая внешние влияния культурных, политических, экономических и иных факторов и динамично откликающаяся на них. Взаимодействие музееведения и музейного дела определяется «диффузией» профильных и смежных наук, что уже сегодня выражается в появлении музейното источниковедения, музейной педагогики, музейной психологии, музейной социологии, музейного дизайна и т. д. Очевидно, что разработка данной проблематики требует дальнейших исследовательских усилий.


Примечание

1 Музей был открыт в Москве лишь в 1872 г. Подробнее об этом см.: Разгон А.М. Российский исторический музей. История его основания и деятельности (1872–1917) // Очерки истории музейного делав России. – М., 1960. – С. 224–299.

2 Аделунг Ф.П. Предложение об учреждении русского национального музея // Сын Отечества. – 1817. – Ч. 37. – С. 53–58.

3 Там же. – С. 54.

4 Там же. – С. 57.

5 ВихманБ. Г. Русский Национальный музей // Сын Отечества. – 1821. – №23. – С. 291–292.

6 Федоров Н.Ф. Музей, его смысл и назначение // Сочинения. – М, 1982. – С. 580–596.

7 Кузнецов В.Г. Герменевтика и гуманитарное знание. – М., 1991. – С. 3.

8 Основы советского музееведения: учеб. пособие. – М., 1955. – 375 с.

9 Позднее И. Неуступный снова возвращается к решению данной проблемы. Понимая музеологию как теорию и методологию музейной работы, совокупность дисциплин, объединенных потребностями исторически возникшего музея, он подчеркивает значимость специальных му-зеологических знаний (См.: Neustupnyi I. What is museology? // Museum Journal. – 1971. – № 2. – P. 67–68).

10Stransky Z. Die theoretischen Grundlagen der Museologie als Wissenschaft // Museologie, Neuc Wegenue Ziele: Bericht iiber ein Internationales Symposium, veranst. von den ICOM-Nationalkomitees Deutschlands, Osterreichs und der Schweiz vom 11. 15.05.1988 am Bodensee. – Mtinchen etc, 1988. – S. 11–29.

11Benes J. Muzeologicky slovnik. – Praha: Nitra, 1978. – 118 s.; Dictionarium museologicum. Budapest: ICOM. – 1986. – 774 s.; Kleines Worterbuch des Museumswesens // Institut fur Meseumswesen. – Berlin, 1975. – 148 s.

12 Краткий словарь музейных терминов // Музеи и памятники культуры в идейно-вос-питательнои работе па современном этапе: сб. науч. тр. / НИИ культуры. – М., 1983. – Вып. 126. – С. 103–153; Музейные термины // Музейные термины. Терминологические проблемы музееведения: сб. науч. тр. / Центр, музей революции СССР. – М., 1986. – С. 36–135.

13 Российская музейная энциклопедия: в 2 т. – М., 2001. – Т. 1. – 416 с.; Т. 2. – 436 с.

14 Зиновьева Ю.В. Взаимодействие музея и общества как социокультурная проблема: автореф. дис. … канд. культурологии. – СПб., 2000. – 19 с.

15 См.: Волькович А.Ю. Музейная экспозиция как семиотическая система: автореф. дис. ... канд. культурологии. – СПб., 1999. – 19 с.; Плохотнюк В.С. Семиотические проблемы исторического знания и музейной коммуникации: автореф. дис. ... канд. филос. наук. –  Ростов н/Д. 2000. – 17 с.; Сергеева Г.П. Семантическая структура музейной экспозиции: цикл и цикличность: автореф. дис. ... канд. культурологии. – СПб., 2001. – 18 с.

16 Алешина Т.А. Музей как феномен культуры: автореф. дис. ... канд. филос. наук. – Ростов н/Д, 1999. – 23 с.; Калугина Т.П. Музей как феномен культуры: автореф. дис. ... докт. филос. наук, – СПб., 2002. – 35 с.

17 Мастеница Е.Н. Культурологические основания музееведческих исследований // Науки о культуре – шаг в ХХI век: сб. материалов ежегодн. конф. молодых ученых. Москва, декабрь, 2002 г. / сост. и ред. И.М. Быховская, Е. Шенкарева. – М., 2003. – С. 424–432.



* © Культурологические исследования в Сибири. – 2009. – №3(29). – С. 65–73.

[1] ICOM: сокр. от англ. InternationalCouncilofMuseums– Международный Совет музеев.

Вернуться к содержанию >>>

 

© Сибирский филиал Института наследия. Омск, 2014–2016
Создание и сопровождение: Центр Интернет ИМИТ ОмГУ